БОДИБИЛДИНГ И ФАРМАКОЛОГИ » Страница 7
Главная БОДИБИЛДИНГ ФИТНЕС ПИТАНИЕ ДИЕТЫ И ПОХУДЕНИЕ ЗДОРОВЬЕ ОЧИЩЕНИЕ ОРГАНИЗМА АНАТОМИЯ ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ
Логин:  
Пароль:
Тренинг Целлюлит Аквафитнес Мотивация и советы Бодифлекс ФАРМАКОЛОГИЯ Калланетика Советы профи НОВОСТИ
Реклама
Опасность стероидов.  Давайте коснемся самой неприятной проблемы, стоящей сегодня перед любителями бодибилдинга. Я имею в виду применение анаболических стероидов. Анаболики — это искусственные мужские гормоны, которые применяются в медицине крайне редко из-за того, что они чрезвычайно опасны. К сожалению, очень многие ребята искренне верят в миф о невозможности наращивания мышечной массы без применения анаболиков. Этот миф поддерживают и некоторые тренеры, материально заинтересованные в продаже “химии” (так на культуристском слэнге называют стероиды) как можно большему числу атлетов.

Новички, которые приходят записаться в мой зал, обязательно начинают с вопроса: “А какие стероиды принимать?” И когда я отвечаю, что анаболики применять вообще не нужно, они очень удивляютcя. К сожалению, в нашей стране торговцы “химией” не несут уголовной тветственности, как во всем мире (в Арабских Эмиратах, например, за продажу стероидов отрубают голову). Поэтому единственным выходом, на мой взгляд, является придание гласности всех тех многочисленных побочных эффектов, которые ожидают ребят, решивших принимать анаболики.

Рассмотрим наиболее часто распространенные у атлетов побочные эффекты от использования стероидов.

Рак

В 1994 году трагическая новость облетела весь мир бодибилдинга. “Мистер Америка” Деннис Ньюман, цветущий 25-летний атлет, заболел лейкемией (раком крови). Он признался врачам, что принимал гормон роста — один из сильнейших анаболических препаратов, который и явился причиной болезни. Так же следствием приема стероидов бывают изменения в печени, подозреваемые на рак. Ведь именно печень и почки подвергаются мощной нагрузке при использовании “химии”. В результате проведенных в США исследований выяснилось, что средний возраст пользователей стероидов, умерших от рака печени, был всего 18 лет!

Боли в желудке


Анаболические стероиды орального применения (таблетки) вызывают дискомфорт в желудке. Применение их сопровождается негативными явлениями — потерей аппетита, рвотой, тошнотой, расстройством желудка и изжогой. Кроме того, нарушается баланс кишечной флоры, и человек подвергается различным желудочно-кишечным инфекциям.

Головные боли

Многие пользователи стероидов страдают сильными головными болями. Врачи полагают, что боли, носящие характер мигрени, имеют основой расстройство гормонального баланса, которое наступает при приеме стероидов.

Задержка натрия

Молодые ребята (принимающие стероиды) ежедневно взвешиваются на напольных весах. Когда они обнаруживают, что их вес увеличился, начинают ошибочно думать, что это начали расти мускулы. На самом деле, повышение объемов тела может объясняться задержкой воды в организме. Как следствие это может вести к острым приступам повышения давления. Иногда же такая задержка воды является признаком скрытого заболевания сердца или почек. Часто при этом явлении наблюдается утончение, натяжение и обесцвечивание кожи.

Повышение давления крови

Высокое или как минимум повышенное давление крови становится проблемой для многих атлетов, которые применяют стероиды. Это происходит, как правило, одновременно и по причине задержки воды в организме, и быстрого наращивания веса тела. Начальными симптомами повышения кровяного давления могут быть головные боли, бессонница, затрудненное дыхание. Данное состояние чревато также постепенной дегенерацией сосудов, что ведет к аневризмам, сердечным приступам или же прогрессирующим заболеваниям сердца.

Угри


Кожа человека имеет способность разрушать андрогенные гормоны, которые находятся в ней в очень малых количествах. Когда используются стероиды, концентрация их в организме имеет тенденцию повышаться сверх того уровня, с которым может справляться кожа, и это позволяет размножаться бактериям. Когда это комбинируется с повышенным выделением сальных желез (что неизбежно при употреблении стероидов), то ситуация становится еще более неблагоприятной.

Заболевания сердечно-сосудистой системы

Стероиды являются значительным фактором риска сердечных заболеваний. Дело в том, что их применение негативно воздействует на уровни и профиль холестерина: общий уровень холестерина возрастает, снижаются уровни липопротеинов высокой плотности и повышаются уровни липопротеинов низкой плотности. Все это может привести к полному блокированию сосудов. Подобный недуг несколько лет назад привел к смерти участника конкурса “Мистер Олимпия” Мохаммеда Беназизы.

Увеличение сердца

При долговременном использовании стероидов может развиться кардиальная гипертрофия. Симптомами этого побочного эффекта могут быть и затруднения дыхания, и учащение сокращений сердца, и высокое давление крови.

Импотенция


Культуристы, применяющие анаболики, страдают от переходящих изменений в либидо. В начале стероидного цикла наблюдается некоторое повышение полового влечения, сопровождающееся учащением и увеличением длительности эрекций. Но это лишь вначале. При длительном использовании стероидов способность достигать и удерживать эрекцию падает. Физиологической основой импотенции при использовании синтетических гормонов (которые содержатся в анаболиках) является уменьшение продукции эндогенного тестостерона. Зачастую импотенция может прогрессировать после отмены стероидного цикла, когда извне тестостерон не поступает, а собственная репродуктивная система еще не восстановила нужный уровень андрогенов в системе.

Кровотечение

Еще один побочный эффект, наблюдаемый при использовании анаболических стероидов — увеличение времени сворачивания крови. У ребят, применяющих “химию”, это время увеличивается в 2-4 раза.Так же учащаются носовые кровотечения, которые усугубляются еще и повышенным кровяным давлением. В марте 1996 года от внутреннего кровотечения скончался финалист чемпионата “Арнольд Классик” Андреас Мюнцер. Ему было чуть больше 30. Андреас умер спустя несколько дней после удачного выступления в очередном конкурсе.

Разрывы мышц, другие повреждения мышц и костей

Среди атлетов, пользующихся стероидами, отмечается повышенная частота разрывов, надрывов и других повреждений мышечной ткани. Это, главным образом, результат возникающего дисбаланса между сократительной способностью мышц и недостаточной прочностью связок и сухожилий. Это в лучшем случае ведет к воспалениям, а в худшем — к травматическим повреждениям. Возможны появления мышечных судорог и спазм, снижение эластичности мышечных тканей. Повышенная частота переломов и трещин костей регистрируется именно у пользователей стероидов.

Преждевременное выпадение волос

Многие люди, прибегающие к “химии”, жалуются на заметное поредение волос на голове, особенно это относится к тем, у кого есть наследственная предрасположенность — это явление может наблюдаться и у женщин, и у мужчин. Наверное, поэтому в культуристских журналах так много рекламы фирм, которые занимаются вживлением искусственных волос.

Агрессивность

В США психиатры давно уже обнаружили серьезные ментальные расстройства у атлетов, использующих анаболические стероиды: депрессивные эпизоды, визуальные и слуховые галлюцинации, неконтролируемые вспышки раздражительности, маниакальные эпизоды. При применении анаболиков классически проявляется эффект эмоциональной неустойчивости, развивается определенный тип психологической зависимости от них. Я сам слышал от некоторых горе-культуристов, что им “неинтересно тренироваться без “химии”, так как результаты растут очень медленно.”На Западе уже широко применяют термин "стероидная ярость" в связи с тем, что проявления этого побочного эффекта становятся все более частыми и фиксируемыми. В прошлом году профессионал Международной Федерации бодибилдинга Рэй Макнейл был застрелен своей женой (тоже известной культуристкой). Их анализы крови показали наличие большого количества анаболиков. Адвокаты миссис Макнейл привлекли к следствию экспертов по стероидам и убедились, что поведение их клиентки — прямое следствие приема "химии". Бодибилдинг очень популярен у полицейских штата Калифорния (один из них — Ронни Коулмэн — даже был чемпионом мира среди любителей). Так вот, каждый из них несколько раз в год сдает анализы. Это делается для того, чтобы не допустить применения полицейскими анаболиков и, естественно, избежать вспышек "стероидной ярости" у стражей порядка (подобные случаи имели место).

Приостановка роста

Молодые люди, использующие стероиды, рискуют не достигнуть потенциала своего роста. Медики обнаружили у анаболиков способность закрывать эпифизальные зоны роста трубчатых костей.

Желтуха

Это серьезное заболевание печени, характеризиующееся пожелтением белков глаз и кожи. Обычно желтуха регистрируется у атлетов, которые использовали очень высокие дозировки стероидов в течение продолжительных периодов.

Угнетение активности иммунной системы

После цикла стероидов многие пользователи отмечают повышенную склонность к вирусным заболеваниям, простудам и даже пневмонии. Доказано, что анаболики очень ослабляют иммунную систему. Более выражен этот негативный эффект у тех, чей цикл приема “химии” составлял более 10 недель. Несколько лет назад в Минске умер первый чемпион Европы по бодибилдингу (из республик бывшего СССР) 26-летний Николай Шило. Газеты писали, что причиной его смерти стала чуть ли не обычная царапина.

Бессонница и другие расстройства

Использующие стероиды культуристы часто жалуются на проблемы со сном. Я лично знаком с одним парнем, который уже несколько лет вообще не принимает анаболики, но до сих пор ему удается заснуть лишь под утро.

Известно, что с приемом стероидов в организме ощущается недостаток витаминов В-1, В-6, В-5, А, В-12, кальция, фосфора, калия, магния, хрома и марганца. У многих ребят из-за “химии” начинаются сильные колебания количества глюкозы в крови (с тенденцией к понижению ее уровня). Это сопровождается слабостью, головокружениями и утомляемостью.

Проблема стероидов осложнена еще и тем, что окончательно их эффект не изучен. Вот почему в медицине анаболики применяют в исключительных случаях. Ну а когда мне приводят в пример Шварценеггера, который, якобы, “съел вагон “химии”и какую карьеру сделал”, я всегда отвечаю, что этот миф запустила английская журналистка Венди Лей. Она писала в своей книге “Арнольд”, что Шварценеггер колол стероиды с 13 лет и притом огромными дозами. Арнольд подал на нее в суд и выиграл процесс. Он заявил, что анаболики практически не принимал. Поверьте, своей карьерой он обязан огромному упорству и выдающейся силе воли, а совсем не “химии”. Поэтому сегодня (в 49 лет) артист продолжает ежедневно тренироваться и прекрасно выглядит. Я могу это лично засвидетельствовать, так как встречался в ним в сентябре 1996 года (во время презентации в Москве ресторана “Планета Голливуд”) и в марте 1998 года на шоу “Арнольд Фитнесс Уикенд” На Западе давно уже не делают тайны из последствий принятия анаболиков. К примеру, все сведения о перечисленных выше побочных эффектах стероидов я почерпнул из знаменитых журналов “Muscle and Fitness”, которые выпускает в США и Канаде Джо Уайдер (легендарный тренер всех чемпионов -культуристов). К сожалению, в России, до недавнего времени,подобных изданий не существовало. Но теперь ситуация изменилась — начал регулярно выходить первый отечественный журнал, который целиком посвящен бодибилдингу и боевым искусствам. Он называется “Плоть и Кровь”, и я уверен, что вы сможете вынести из него много полезной информации.

Хочу подчеркнуть, что я никогда стероиды не принимал. Когда мне было 18 лет и я только-только начал тренироваться в зале тяжелой атлетики Лужников, мне, конечно, рассказали о “волшебных таблетках и ампулах, благодаря которым мускулы растут очень быстро”. Но я пришел в бодибилдинг из бокса и не привык никому верить на слово. Поэтому, купив 10 таблеток самых дешевых анаболиков, я отвез их показать знакомым врачам, в спортивный диспансер. Там я впервые и услышал, что если рискну применять стероиды, то могу потерять здоровье. Этот вариант меня совершенно не устраивал, и я раз и навсегда решил с “химией” дел не иметь.

К сожалению, многие путают анаболические стероиды с совершенно безвредными протеиновыми порошками и аминокислотами. Подобные продукты, в основном американского производства, уже несколько лет продаются в московских спортивных магазинах.

Меня часто спрашивают: “Как в России может функционировать отделение федерации НАББА, на соревнованиях которой принципиально не проводится допинг-контроль (то есть, фактически, поощряется прием атлетами “химии”)?” Что я могу ответить? Действительно, эти люди публикуются в журналах “Спортивная жизнь России”, “Здоровье” (!) и одновременно выпускают книги, целиком посвященные различным методикам приема запрещенных препаратов. Надеюсь, что наша Дума когда-нибудь примет соответствующее законодательство и подобными “деятелями” займутся органы правопорядка.

Ну а главным выводом для вас должно явиться следующее: никогда не принимайте анаболические стероиды, ребята! Помните, что на первом месте все-таки должно стоять здоровье, а не объем мышц. Я всегда относился и отношусь к своему телу, как к бизнесу. Следуйте моему примеру — развивайте ваш “бизнес”, не разрушайте его!

 

Информация с сайта http://www.bodybuilding.open.by Материал подготовлен специально для сайта http://fitbild.ru. Мастер спорта Карпа С.А.


Метандиенон.Метандиенон
Анаболический стероид, обладает ярко выраженным анаболическим и андрогенным воздействием на организм. Прибавка веса тела и силы при использовании этого стероида идёт очень быстрыми темпами. Однако из-за сильной андрогенной составляющей также происходит сильная задержка воды, которая уходит после окончания курса. Таким образом, метандиенон не стоит использовать при работе на рельеф. Но этот стероид просто незаменим в период набора сырой мышечной массы. К тому же он способствует сильному увеличению аппетита, а это особенно хорошо при наборе массы.


Спектр дозировок – самый различный (от пары до 20-30 5мг таблеток в день). Однако начинающему не стоит переходить границу в 30-40 мг в день, что соответствует 6-8 5мг таб в день. А на первых курсах вообще лучше обойтись 4-5 табами на пике. При этом метандиенон не стоит применять более 6-8 недель кряду, т.к. во-первых, снижается его воздействие на организм, а во-вторых, это отрицательно скажется на состоянии печени.


Метандиенон не стоит использовать в одиночку, т.к. масса, набранная на нём, не отличается особым качеством. Однако этот препарат отлично сочетается с другими стероидами. Если необходим активный рост массы, “метан” можно сочетать с нандролонами (деканоатом и фенилпропионатом), эфирами тестостерона (как отдельными, так и комплексными). Если же вам необходим рост силы без значительного увеличения массы, метандиенон необходимо сочетать с винстролом, оксандролоном, или треноболом.


Период действия данного стероида невелик - 3..4 часа, поэтому его дневную дозу надо делить минимум на два приёма.


Побочные эффекты у метандиенона при отстутсвии каких-либо предрасположенностей обычно слабо проявляются при дозировках в 20-25 мг/день. При превышении этих доз возможны такие явления, как появление покалывания в правом боку (метандиенон нагружает печень), гинекомастия, а также при сильно увеличении массы тела, повышение давления. Правда, слухи о дикой вредности “метана” для печени сильно преувеличены, но всё же, даже при отсутствии болей в области правого подреберья, желательно после прекращения приёма препарата несколько недель пить гепатопротекторы типа эссенциале. Гинекомастия же при приёме метандиенона появляется обычно лишь в тех случаях, когда принимается большое количество этого препарата (и в сочетании с другими андрогенными стероидами), а также при соответствующей предрасположенности.


Метандиенон способен сильно снижать производство собственного тестостерона, поэтому по завершении курса настоятельно рекомендуется воспользоваться кломидом. Этот препарат позволяет восстановить дугу “гипоталамус-гипофиз-яички”, и соответственно наладить выработку собственного тестостерона. Также можно несколько недель поколоть гонадотропин, но это делать лучше всего на курсе небольшими дозами (по 500 ед. раз в пять дней). Гонадотропин не ускоряет восстановление дуги, он применяется лишь для того, чтобы не произошла атрофия (съёживание) яичек на курсе.


В целом побочные явления метандиенона проявляются нечасто. Вообще, его вред сильно преувеличен. Если не использовать высокие дозировки, и не принимать метандиенон слишком долго, можно практически избежать “побочек”. Материал подготовлен специально для сайта http://fitbild.ru. Мастер спорта Карпа С.А.


Станазолол Спорт и допинг - тема неохватная и неисчерпаемая. Борьба с допингом не прекращается ни на минуту. Не прекращается и применение допинга. Сейчас подводятся спортивные итоги прошедшего столетия, выбирают лучших спортсменов и тренеров. То же самое можно сделать и в антидопинговом контроле. Самая великая жертва допинг-контроля минувшего столетия - это, конечно, канадский спринтер Бен Джонсон, у которого был обнаружен анаболический стероид станозолол. Несомненно, что станозолол - один из наиболее интересных и эффективных анаболических стероидов, - вместе с тестостероном, метандростенолоном и нандролоном сыграл важнейшую роль в развитии мирового спорта в двадцатом веке.

Станозолол (он же стромба или винстрол) - один из самых употребляемых и эффективных анаболических стероидов. Примечательно, что он изначально был представлен в двух формах: инъекционной и таблетированной. Если бы не последние проблемы с нандролоном и его количественным определением, вот уже второй год держащие в напряжении Международную федерацию легкой атлетики (ИААФ), то можно без тени сомнения назвать станозолол анаболическим стероидом XX века. В восьмидесятые годы станозолол стал наиболее популярным препаратом у спортсменов высокого класса, и прогресс во многих видах спорта напрямую связан с его систематическим употреблением. Этот допинговый препарат имеет, пожалуй, наиболее интересную историю. Первая часть 'была совершенно невидимая, теневая, а начало второй ознаменовалась самым известным случаем в истории борьбы с допингом, когда в 1988 году на Олимпийских играх в Сеуле через день после триумфа - блестящей победы в беге на 100 метров с мировым рекордом, 9,79!. - у Бена Джонсона отобрали золотую медаль. "Станозолол" - это слово тогда произнес на пресс-конференции Принц Александр де Мерод, руководивший Медицинской комиссией МОК и отвечавший за антидопинговый контроль. Это слово с тех пор запомнил весь мир. И мало кто знал, какой огромный прессинг принц де Мерод выдержал тогда со стороны спортивных функционеров и околоспортивных магнатов, не хотевших "мутить воду и омрачать праздник"... Станозолол синтезирован в середине пятидесятых годов и выпускался, к примеру, в Австралии и использовался в ветеринарной практике в виде инъекций. В 70-е годы немецкая фирма "Винтроп" стала выпускать таблетки по 5 мг под названием Стромба и эмульсионные инъекции ("молочко") по 50 мг под названием Винстрол, бы-стро ставшие известными во всем мире. В СССР на рубеже 80-х годов Стромба продавалась по специальному разрешению в аптеках 4-го Управления Минздрава, обслуживавших партийно-правительственную номенклатуру. Инъекции Винстрола привозили из-за границы - Испании и Италии - просто сумками. Считалось, что это разные препараты. Я хорошо помню, когда работал в составе советской делегации на Олимпиаде в Сеуле, как все ахали и спрашивали, что это там корейцы нашли у Джонсона, сложное такое название. И удивлялись, узнав, что "наши" винстрол и стромба и есть тот самый станозолол. Так что во избежание путаницы будем использовать название самого анаболика - станозолол.

Структура станозолола существенно отличается от структуры других известных анаболических стероидов, нандролона и тестостерона. Помимо дополнительной метильной группы, у станозолола есть еще одно кольцо с двумя атомами азота, что долгое время затрудняло обнаружение этого препарата. Все это способствовало ореолу легенд и слухов, окружавших препарат. Кое-что мне удалось прояснить, что-то так и остались загадкой...

В московском антидопинговом центре до осени 1985 года станозолол не определялся, пока не удалось вос-произвести очень чувствительную по тем временам методику, разработанную чешским профессором Бернджихом Хунделой, директором Пражской лаборатории, и представленную им на Московском антидопинговом симпозиуме летом 1985 года. Осенью проф. Хундела неожиданно умирает. Осенью того же года у нас в Москве был просто обвал положительных проб на станозозол! На него был специально настроен хромато-масс-спектрометр американской фирмы "Хьюлетт-Паккард", выделявшийся среди подобных приборов замечательной чувствительностью, "любивший стромбочку", как мы шутили. Потом уже, сравнив чувствительность нашей методики с данными ведущих западных и американских лабораторий, мы поняли, что в то время московская лаборатория значительно опережала и Кельнскую, и Монреальскую, выйдя на уровень одного нанограмма на миллилитр. Доказательством тому была положительная проба Бена Джонсона на станозолол в 1986 году во время первых Игр Доброй воли в Москве, за два года до Сеульской Олимпиады. То гда он по небегучей дорожке в Лужниках показал в беге на 100 м невероятные 9,95! На допинг-контроль Бен шел улыбаясь и приветствуя зрителей, будучи уверен, 'что ничего найти невозможно. Это было верно для всех допинг-лабораторий мира, кроме нашей. В тот день, когда Бен Джонсон бежал 9,95, я работал в лаборатории. Поздней ночью с легкой атлетики привезли пять закодированных, то есть без имен проб: две были помечены как женские, три - мужские. А врач, принимавший у спортсменов пробы, похвастался автографом Бена. Его пробу я вычислил, как только посмотрел на список препаратов, которые задекларировали мужчины. Две пробы были со стандартным набором фармакологии: эссенциале, карнитин, панангин, инозин, которым тогда пичкали сборную СССР, то есть, это были наши ребята. Тогда третья проба, без всяких пометок, должна принадлежать Бену Джонсону. И именно в этой пробе хорошо были видны оба пика метаболитов станозолола. На следующий день анализ повторили - классический станозолол! Но тогда мир этого так и не узнал. Помимо Бена Джонсона, на первых Играх Доброй воли в Москве было 14 (четырнадцать) положительных проб, в том числе у звезд легкой атлетики из ГДР. Однако наши спортивные, и партийные руководители не решились "омрачать праздник", всё-таки это была первая - с 1976 года! - встреча атлетов СССР и США после взаимных бойкотов Олимпийских игр в Москве и в Лос-Анжелесе, Так что Бен Джонсон еще два года удивлял мир своими результатами, без проблем пройдя девятнадцать допинг-тестов, пока, бедняга, не попался в Сеуле. Кстати, аккредитацию корейской лаборатории перед Сеульской Олимпиадой проводили по заданию Медицинской комиссии МОК специалисты Московского антидопингового центра, и Бен Джонсон стал нашим подарком корейским специалистам, прославившимся в 1988 году на весь мир. Но это мы сильно забежали вперед. Вернемся назад, в тот роковой для советского спорта 1984 год, год бойкота Лос-Анжелесской олимпиады. Целое поколение спортсменов тогда просто сломали, не пустив на Олимпиаду. Потом это поколение сполна отплатило за это своей стране, создав организованные преступные группировки в первые годы перестройки. Казалось, при чем здесь станозолол? Но он тогда, в период теневой части своей истории, играл важную для всего мирового спорта роль. Станозолол не ловился, и его безнаказанно употребляла элита мирового спорта. Однако ситуация стала меняться в 1983 году, когда профессор Манфред Донике, директор кельнской лаборатории, создал новую методику для чувствительного обнаружения анаболиков и тестостерона, наводившую на всех ужас. Самый известный случай того года - это паническое бегство американских спортсменов из Каракаса, с Панамериканских игр, когда они узнали, что приезжает Донике со своими приборами проводить допинг-контроль. Методика работала просто убийственно: после проведения первого Чемпионата мира по легкой атлетике деятели ИААФ не решились объявить о большом количестве положительных проб. С учетом бойкота Московской Олимпиады обстановка стала непредсказуемой. Противостояние американских и советских спортсменов должно было разрешиться в Лос-Анжелесе, да еще спортсмены ГДР на своем оралтуринаболе, фирменном анаболике, вообще могли оставить позади и тех и других.

Среди этой паники самым интересным был тот факт, что станозолол эта методика не определяла! И знали об этом очень немногие, этот факт скрывался. Было объявлено, что Олимпийская лаборатория Лос-Анжелеса, возглавляемая Доном Кетлином оснащена по самому последнему слову техники и надежно определяет все запрещенные препараты, так что борьба будет честной. Напуганные предыдущими событиями, тренеры и врачи сборных команд, знавшие спорт изнутри, решили, что это прозрачный намек на то, что проблема определения станозолола наконец решена. Учитывая, что в то время в Москве станозолол продавался, употреблялся, но в московском лаборатории ВНИИФКа не определялся, можно было понять озабоченность наших деятелей, обязанных высоко нести знамя советского спорта. Одна положительная проба на Олимпиаде в Лос-Анжелесе - и всем потом будет очень и очень плохо. Хотя, по моим данным, в то время существовала не очень чувствительная методика определения станозолола в секретной лаборатории ГДР в г.Крайша -и больше, наверное, нигде, но немцы на контакт не шли. А профессору Хунделе из Праги еще оставался год на создание своей действительно уникальной методики.

Что-то надо было делать. Советские руководители многократно посещали олимпийские объекты Лос-Анжелеса. Особенно их заинтересовал порт, где можно было бы пристроить корабль, такую плавучую базу с лабораторией на борту. Планировалось, что к началу Игр наша лаборатория сможет определять станозолол. Но проблема состояла не только в одном станозололе: в связи с 11-часовой разницей во времени спортсмены для адаптации должны были приехать минимум за неделю до открытия Олимпиады, так что пройдя обязательное тестирование в Москве перед выездом, они снова начнут употреблять таблетки стромбы и метандростенолона, а также оралтуринабола. То есть в Лос-Анжелесе их надо опять проверить на корабельной лаборатории. Так вот, когда американские власти не дали "добро" на месячную стоянку нашего корабля - то советское руководство на следующий же день объявило о "неучастии" наших спортсменов.

Вообще я расспрашивал про станозолол и Дона Кетлина в Лос-Анжелесе, и Манфреда Донике в Кельне. Кетлин мне рассказал и про корабль, и про то, что станозолол в Лос-Анжелесе во время Олимпиады не определялся. А Донике, сильно удивил меня, сказав, что до 1983 года он вообще не рассматривал станозолол как анаболик, используемый в спорте, и в свою методику этот препарат не включил. У меня такое чувство, что станозолол на Западе и в США рассматривался как противовес оралтуринаболу, мягкому, но очень эффективному ГДР-овскому анаболику, лежавшему в основе допинговых программ немецких спортсменов. Оралтуринабол тек полноводной рекой в СССР и другие соцстраны, и тоже определялся крайне поверхностно. В то время не были известны долгоживушие метаболиты оралтуринабола, так что через несколько дней от таблеток не оставалось и следов. А вот остальные популярные анаболики - за исключением станозолола определялись методикой Донике весьма чувствительно, поэтому можно было представить, в каком положении оказались бы западные и американские спортсмены в Лос-Анжелесе, если бы их станозолол ловился!

То, что параллельно оралтуринабольной программе подготовки спортсменов в ГДР существовала аналогичная станозолольная программа в Америке, можно узнать из отчета правительственной комиссии Канады, которая расследовала дело Бена Джонсона. Если система подготовки высококлассных атлетов ГДР постоянно поминают как ужасную и бесчеловечную, то канадский отчет, страниц 400 текста, почему-то никто не вспоминает. А там столько интересного, хоть на русский язык переводи. Ключевая фигура, доктор Джеймс Астафан, кормивший станозололом Джонсона, Анжелу Йсаенко и многих других, прямо говорит, что он предлагал спортсменам оптимальным образом планировать употребление анаболиков таким образом, чтобы дозы были минимальные, а эффект достигался максимальный. И подчеркивает, что многие бегуны, приходившие к нему за консультацией, до этого ели анаболики горстями, а быстро не бежали. Только он вместе с тренером Чарльзом Френсисом делал их великими. Это была его работа, он получал деньги за свои знания и опыт - и больше ничего. А в употребление анаболиков его клиентов втянул сам спорт с его большими деньгами, приоритетами и системой ценностей. Тем не менее поминают одного Астафана, его имя сделали чуть ли не нарицательным.

Так что и с той, и с другой стороны океана во время подготовки к Олимпийским играм и отборочным соревнованиям попавшиеся на допинге спортсмены не дисквалифицировались, а просто предупреждались и прощались. Например, в 1988 году на предолимпийском отборе в Индианаполисе, где ныне покойная Флоренс Гриффит-Джоймер показала фантастические 10,49 в беге на 100 м (Френсис заметил, что она обогнала свое время на 49 лет), а полуфиналы в беге на 400 м у мужчин закрывали с результатом из 45 секунд, было 17 или 18 положительных проб, однако имена атлетов так и не были обнародованы. И тут и там копился опыт по выведению препаратов, вырабатывалось умение чередовать их приём и, наконец, выходить на пик формы к главному старту сезона - словом, постепенно складывалась система подготовки атлетов мирового класса. И надо отметить, что система ГДР была и более мягкой, и более человечной - достаточно вспомнить, как замечательно выглядели немки, спринтеры и прыгуньи, например, по сравнению с американскими коллегами с их просто невероятной мускулатурой.

В середине девяностых годов отмечался всплеск положительных проб на станозолол в результате применения так называемой масс-спектрометрии высокого разрешения, разработанной в той же кельнской лаборатории профессора Донике, Первой жертвой этой методики стали австралийские велосипедисты-трековики, участники чемпионата мира в Германии в 1993 г. Как и Бен Джонсон в Москве, они были уверены, что все давно у них вышло. Ан нет, попались и сам чемпион, и призер. В этом была некая справедливость, ведь Австралия по сей день является одним из мировых лидеров по подпольному производству стероидов, в том числе и станозолола. Правда, по правилам профессиональной федерации велоспорта трековикам за это полагалось лишь три месяца дисквалификации - против четырех лет по правилам любительской Федерации легкой атлетики (ИААФ).

На станозололе попадались многие наши атлеты, причём выдающиеся. Стоит только назвать имена бегуний на средние дистанции: олимпийская чемпионка в беге на 3000 м Татьяна Самоленко, чемпионка мира в беге на 800 м Лилия Нурутдинова, выдающиеся бегуньи на 1500 м и милю Наталья Артемова и Любовь Кремлева. Следует отметить, что в Сиднее в беге на 100 м с барьерами победила Ольга Шишигина (Казахстан), вернувшаяся после дисквалификации за употребление станозолола. Среди зарубежных станозололыциков вспоминается австралийский спринтер Дан Капобьяно. Уж его Федерация легкой атлетики Австралии оправдывала и отмазывала как могла - но справедливость восторжествовала, он получил свои четыре года дисквалификации.

На самом деле в Кельне при определении станозолола применяли не только масс-спектрометрию высокого разрешения, но и специальную смолу, селективно собиравшую метаболиты станозолола. Это позволяло не только концентрировать сами метаболиты, но и избавляться от фоновых компонентов, мешавших чувствительному обнаружению станозолола. В целом методика требовала колоссальных усилий и тщательности, и ни одна лаборатория так и не смогла воспроизвести ее в полном объеме. Тем не менее, нынешний прогресс в определении станозолола связан с детектированием долгоживущих метаболитов, не известных в 80-е годы.

Сегодня станозолол употребляется менее интенсивно. Тому есть ряд причин. Во-первых, он вместе с нандролоном, кленбутеролом, метандростенолоном и метилтестостероном входит в "большую пятерку" анаболиков, которые лаборатории обязаны определять с максимальней "чувствительностью", на уровне ниже одного нанограмма в миллилитре. Так что элита мирового спорта предпочитает синтетический гормон роста, который пока не определяется. Во-вторых, на черном рынке появилось очень много подделок, и под видом станозолола продают самые невероятные сочетания анаболиков. Многие из подделок содержат метилтестостерон, и есть большая опасность попасться на его долгожувуших метаболитах. И, наконец, появление в последние годы большого количества "прогормонов" и "суппементов" типа андростендиолов или -дионов, а также их норандростановых аналогов значительно потеснило "старые" анаболики, в том числе и станозолол, на мировом рынке стероидных гормонов. Материал подготовлен специально для сайта http://fitbild.ru. Мастер спорта Карпа С.А.


Метандиенон.Метандиенон
Анаболический стероид, обладает ярко выраженным анаболическим и андрогенным воздействием на организм. Прибавка веса тела и силы при использовании этого стероида идёт очень быстрыми темпами. Однако из-за сильной андрогенной составляющей также происходит сильная задержка воды, которая уходит после окончания курса. Таким образом, метандиенон не стоит использовать при работе на рельеф. Но этот стероид просто незаменим в период набора сырой мышечной массы. К тому же он способствует сильному увеличению аппетита, а это особенно хорошо при наборе массы.


Спектр дозировок – самый различный (от пары до 20-30 5мг таблеток в день). Однако начинающему не стоит переходить границу в 30-40 мг в день, что соответствует 6-8 5мг таб в день. А на первых курсах вообще лучше обойтись 4-5 табами на пике. При этом метандиенон не стоит применять более 6-8 недель кряду, т.к. во-первых, снижается его воздействие на организм, а во-вторых, это отрицательно скажется на состоянии печени.


Метандиенон не стоит использовать в одиночку, т.к. масса, набранная на нём, не отличается особым качеством. Однако этот препарат отлично сочетается с другими стероидами. Если необходим активный рост массы, “метан” можно сочетать с нандролонами (деканоатом и фенилпропионатом), эфирами тестостерона (как отдельными, так и комплексными). Если же вам необходим рост силы без значительного увеличения массы, метандиенон необходимо сочетать с винстролом, оксандролоном, или треноболом.


Период действия данного стероида невелик - 3..4 часа, поэтому его дневную дозу надо делить минимум на два приёма.


Побочные эффекты у метандиенона при отстутсвии каких-либо предрасположенностей обычно слабо проявляются при дозировках в 20-25 мг/день. При превышении этих доз возможны такие явления, как появление покалывания в правом боку (метандиенон нагружает печень), гинекомастия, а также при сильно увеличении массы тела, повышение давления. Правда, слухи о дикой вредности “метана” для печени сильно преувеличены, но всё же, даже при отсутствии болей в области правого подреберья, желательно после прекращения приёма препарата несколько недель пить гепатопротекторы типа эссенциале. Гинекомастия же при приёме метандиенона появляется обычно лишь в тех случаях, когда принимается большое количество этого препарата (и в сочетании с другими андрогенными стероидами), а также при соответствующей предрасположенности.


Метандиенон способен сильно снижать производство собственного тестостерона, поэтому по завершении курса настоятельно рекомендуется воспользоваться кломидом. Этот препарат позволяет восстановить дугу “гипоталамус-гипофиз-яички”, и соответственно наладить выработку собственного тестостерона. Также можно несколько недель поколоть гонадотропин, но это делать лучше всего на курсе небольшими дозами (по 500 ед. раз в пять дней). Гонадотропин не ускоряет восстановление дуги, он применяется лишь для того, чтобы не произошла атрофия (съёживание) яичек на курсе.


В целом побочные явления метандиенона проявляются нечасто. Вообще, его вред сильно преувеличен. Если не использовать высокие дозировки, и не принимать метандиенон слишком долго, можно практически избежать “побочек”.


Теперече давайте-ка поговорим о всем известном анаболическом стероиде метандростенолоне или называемом в простонародье просто метаном. Заметим сразу, что отношение у всех спортсменов к данному стероиду неоднозначное.

Метан представляет собой белые таблетки по 5 мг. Самая распространенная расфасовка по 100 таблеток, хотя уже давно вошли в практику и баночки по 300 таблеток. Спортсмены называют эти таблетки маленькими белыми волшебниками.



Аминокислоты. Аминокислоты - строительные блоки, из которых строятся белковые структуры, мышечные волокна, например. Организм использует их для собственного роста, восстановления, укрепления и выработки различных гормонов, антител и ферментов. Всего существует 21 аминокислота, из них девять - так называемые "существенные" (организм не может самостоятельно синтезировать их в достаточном количестве), остальные называют "несущественными".

К существенным относятся гистидин, изолеуцин, леуцин, лизин, метионин, фенилаланин, треонин, триптофан и валин. Эти аминокислоты поступают в организм с мясом, рыбой, яйцами и молочными продуктами. Отдельно стоят так называемые две "полусущественные" аминокислоты: цистин и тирозин. Отличаются они от остальных тем, что организм может использовать их вместо, соответственно, метионина и фенилаланина для производства белка. "Несущественные" - аланин, аргинин, аспарагин, аспартовая кислота (aspartic acid), глютаминовая кислота, глютамин, глицин, пролин, серин и таурин. Аминокислоты, готовые к употреблению, выпускаются различными производителями в различных комбинациях. Для профессионального употребления препараты делят даже на пред- и послетренировочные, утренние, вечерние и т.д.

Существенные аминокислоты. Валин. Oдин из главных компонентов в росте и синтезе тканей тела. Основной источник - животные продукты. Опыты на лабораторных крысах показали, что валин повышает мышечную координацию и понижает чувствительность организма к боли, холоду и жаре.

Гистидин. Cпособствует росту и восстановлению тканей. В большом количестве содержится в гемоглобине; используется при лечении ревматоидных артритов, аллергий, язв и анемии. Недостаток гистидина может вызвать ослабление слуха.

Изолеуцин. Поставляется всеми продуктами, содержащими полноценый белок - мясом, птицей, рыбой, яйцами, молочными продуктами.

Леуцин. Поставляется всеми продуктами, содержащими полноценый белок - мясом, птицей, рыбой, яйцами, молочными продуктами. Необходима не только для синтеза протеина организмом, но и для укрепления иммунной системы.

Лизин. Хорошие источники - сыр, рыба. Одна из важных составляющих в производстве карнитина. Обеспечивает должное усвоение кальция; участвует в образовании коллагена ( из которого затем формируются хрящи и соединительные ткани); активно участвует в выработке антител, гормонов и ферментов. Недавние исследования показали, что лизин, улучшая общий баланс питательных веществ, может быть полезен при борьбе с герпесом. Недостаток может выражаться в уставаемости, неспособности к концентрации, раздражительности, повреждению сосудов глаз, потере волос, анемии и проблем в репродуктивной сфере.

Метионин. Хорошие источники - зерновые, орехи и злаковые. Важен в метаболизме жиров и белков, организм использует ее также для производства цистеина. Является основным поставщиком сульфура, который предотвращает расстройства в формировании волос, кожи и ногтей; способствует понижению уровня холестерина, усиливая выработку лецитина печенью; понижает уровень жиров в печени, защищает почки; участвует в выводе тяжелых металлов из организма; регулирует образование аммиака и очищает от него мочу, что понижает нагрузку на мочевой пузырь; воздействует на луковицы волос и поддерживает рост волос.

Треонин. Важная составляющая в синтезе пуринов, которые, в свою очередь, разлагают мочевину, побочный продукт синтеза белка. Важная составляющая коллагена, эластина и протеина эмали; участвует в борьбе с отложением жира в печени; поддерживает более ровную работу пищеварительного и кишечного трактов; принимает общее участие в процессах метаболизма и усвоения.

Триптофан. Является первичным по отношению к ниацину (витамину В) и серотонину, который, участвуя в мозговых процессах управляет аппетитом, сном, настроением и болевым порогом. Естественный релаксант, помогает бороться с бессонницей, вызывая нормальный сон; помогает бороться с состоянием беспокойства и депрессии; помогает при лечении головных болей при мигренях; укрепляет иммунную систему; уменьшает риск спазмов артерий и сердечной мышцы; вместе с Лизином борется за понижение уровня холестерина.В Канаде и во многих странах Европы назначается в качестве антидепрессанта и снотворного. В Штатах к такому применению относятся с опаской.

Фенилалаин. Одна из "существенных" аминокислот. Используется организмом для производства тирозина и трех важных гормонов - эпинэрфина, норэпинэрфина и тироксина. Используется головным мозгом для производства Норэпинэрфина, вещества, которое передает сигналы от нервных клеток к головному мозгу; поддерживает нас в в состоянии бодрствования и восприимчивости; уменьшает чувство голода; работает как антидепрессант и помогает улучшить работу памяти.

Полусущественные аминокислоты. Тирозин. Используется организмом вместо фенилаланина при синтезе белка. Источники - молоко, мясо, рыба. Мозг использует тирозин при выработке норэпинэрфина, повышающего ментальный тонус. Многообещающие результаты показали попытки использовать тирозин как средство борьбы с усталостью и стрессами.

Цистин (цистеин). Если в рационе достаточное количество цистина, организм может использовать его вместо метионина для производства белка. Хорошие источники цистина - мясо, рыба, соя, овес и пшеница. Цистин используют в пищевой промышленности как антиоксидант для сохранения витамина С в готовых продуктах.

Несущественные аминокислоты. Аланин. Является важным источником энергии для мышечных тканей, головного мозга и центральной нервной системы; укрепляет иммунную систему путем выработки антител; активно участвует в метаболизме сахаров и органических кислот.

Аргинин. Л-Аргинин вызывает замедление развития опухолей и раковых образований. Очищает печень. Помогает выделению гормона роста, укрепляет иммунную систему, способствует выработке спермы и полезна при лечении расстройств и травм почек. Необходим для синтеза протеина и оптимального роста. Наличие Л-Аргинина в организме способствует приросту мышечной массы и снижению жировых запасов организма. Также полезен при расстройствах печени, таких, как цирроз печени, например. Не рекомендуется к приему беременными и кормящими женщинами.

Аспарагин. Аспартовая кислота Активно участвует в выводе аммиака, вредного для центральной нервной системы. Недавние исследования показали, что аспартовая кислота может повышать сопротивляемость усталости.

Глутамин. Важен для нормализации уровня сахара, повышении работоспособности мозга, при лечении импотенции, при лечении алкоголизма, помогает бороться с усталостью, мозговыми расстройствами - эпилепсией, шизофренией и просто заторможенностью, нужен при лечении язвы желудка, и формирование здорового пищеварительного тракта. В мозгу преобразовывается в глютаминовую кислоту, важную для работы мозга. При употреблении не следует путать глютамин с глютаминовой кислотой, по действию эти препараты отличаются друг от друга. Глутаминовая кислота Считается естественным "топливом" для головного мозга, улучшает умственные способности. способствует ускорению лечения язв, повышает сопротивляемость усталости.

Глицин. Активно участвует в обеспечении кислородом процесса образования новых клеток. Является важным участником выработки гормонов, ответственных за усиление иммунной системы.

Карнитин. Карнитин помогает связывать и выводить из организма длинные цепочки жирных кислот. Печень и почки вырабатывают карнитин из двух других аминокислот - глютамина и метионина. В большом количестве поставляется в организм мясом и молочными продуктами. Различают несколько видов карнитина. Д-карнитин опасен тем, что снижает самостоятельную выработку организмом карнитина. Препараты Л-карнитина в этом отношении считаются менее опасными. Предотвращая прирост жировых запасов эта аминокислота важна для уменьшения веса и снижения риска сердечных заболеваний. Организм вырабатывает Карнитин только в присутствии достаточного количества лизина, железа и энзимов В19 и В69. Вегетарианцы более чувствительны к дефициту карнитина, так как в их рационе гораздо меньше лизина. Карнитин также повышает эффективность антиоксидантов - витаминов С и Е. Считается, что для наилучшей утилизации жира дневная норма карнитина должна составлять 1500 миллиграммов.

Орнитин. Орнитин способствует выработке гормона роста, который в комбинации с Л-Аргинином и Л-Карнитином способствует вторичному использованию в обмене веществ излишков жира. Необходим для работы печени и иммунной системы.

Пролин. Предельно важен для правильного функционирования связок и суставов; также участвует в поддержании работоспособности и укреплении сердечной мышцы.

Серин. Участвует в запасании печенью и мышцами гликогена; активно участвует в усилении иммунной системы, обеспечивая ее антителами; формирует жировые "чехлы" вокруг нервных волокон.

Таурин. Стабилизирует возбудимость мембран, что очень важно для контроля эпилептических припадков. Таурин и сульфур считаются факторами, необходимыми при контроле множества биохимических изменений, имеющих место в процессе старения; участвует в освобождении организма от засорения свободными радикалами


Станазолол Спорт и допинг - тема неохватная и неисчерпаемая. Борьба с допингом не прекращается ни на минуту. Не прекращается и применение допинга. Сейчас подводятся спортивные итоги прошедшего столетия, выбирают лучших спортсменов и тренеров. То же самое можно сделать и в антидопинговом контроле. Самая великая жертва допинг-контроля минувшего столетия - это, конечно, канадский спринтер Бен Джонсон, у которого был обнаружен анаболический стероид станозолол. Несомненно, что станозолол - один из наиболее интересных и эффективных анаболических стероидов, - вместе с тестостероном, метандростенолоном и нандролоном сыграл важнейшую роль в развитии мирового спорта в двадцатом веке.

Станозолол (он же стромба или винстрол) - один из самых употребляемых и эффективных анаболических стероидов. Примечательно, что он изначально был представлен в двух формах: инъекционной и таблетированной. Если бы не последние проблемы с нандролоном и его количественным определением, вот уже второй год держащие в напряжении Международную федерацию легкой атлетики (ИААФ), то можно без тени сомнения назвать станозолол анаболическим стероидом XX века. В восьмидесятые годы станозолол стал наиболее популярным препаратом у спортсменов высокого класса, и прогресс во многих видах спорта напрямую связан с его систематическим употреблением. Этот допинговый препарат имеет, пожалуй, наиболее интересную историю. Первая часть 'была совершенно невидимая, теневая, а начало второй ознаменовалась самым известным случаем в истории борьбы с допингом, когда в 1988 году на Олимпийских играх в Сеуле через день после триумфа - блестящей победы в беге на 100 метров с мировым рекордом, 9,79!. - у Бена Джонсона отобрали золотую медаль. "Станозолол" - это слово тогда произнес на пресс-конференции Принц Александр де Мерод, руководивший Медицинской комиссией МОК и отвечавший за антидопинговый контроль. Это слово с тех пор запомнил весь мир. И мало кто знал, какой огромный прессинг принц де Мерод выдержал тогда со стороны спортивных функционеров и околоспортивных магнатов, не хотевших "мутить воду и омрачать праздник"... Станозолол синтезирован в середине пятидесятых годов и выпускался, к примеру, в Австралии и использовался в ветеринарной практике в виде инъекций. В 70-е годы немецкая фирма "Винтроп" стала выпускать таблетки по 5 мг под названием Стромба и эмульсионные инъекции ("молочко") по 50 мг под названием Винстрол, бы-стро ставшие известными во всем мире. В СССР на рубеже 80-х годов Стромба продавалась по специальному разрешению в аптеках 4-го Управления Минздрава, обслуживавших партийно-правительственную номенклатуру. Инъекции Винстрола привозили из-за границы - Испании и Италии - просто сумками. Считалось, что это разные препараты. Я хорошо помню, когда работал в составе советской делегации на Олимпиаде в Сеуле, как все ахали и спрашивали, что это там корейцы нашли у Джонсона, сложное такое название. И удивлялись, узнав, что "наши" винстрол и стромба и есть тот самый станозолол. Так что во избежание путаницы будем использовать название самого анаболика - станозолол.

Структура станозолола существенно отличается от структуры других известных анаболических стероидов, нандролона и тестостерона. Помимо дополнительной метильной группы, у станозолола есть еще одно кольцо с двумя атомами азота, что долгое время затрудняло обнаружение этого препарата. Все это способствовало ореолу легенд и слухов, окружавших препарат. Кое-что мне удалось прояснить, что-то так и остались загадкой...

В московском антидопинговом центре до осени 1985 года станозолол не определялся, пока не удалось вос-произвести очень чувствительную по тем временам методику, разработанную чешским профессором Бернджихом Хунделой, директором Пражской лаборатории, и представленную им на Московском антидопинговом симпозиуме летом 1985 года. Осенью проф. Хундела неожиданно умирает. Осенью того же года у нас в Москве был просто обвал положительных проб на станозозол! На него был специально настроен хромато-масс-спектрометр американской фирмы "Хьюлетт-Паккард", выделявшийся среди подобных приборов замечательной чувствительностью, "любивший стромбочку", как мы шутили. Потом уже, сравнив чувствительность нашей методики с данными ведущих западных и американских лабораторий, мы поняли, что в то время московская лаборатория значительно опережала и Кельнскую, и Монреальскую, выйдя на уровень одного нанограмма на миллилитр. Доказательством тому была положительная проба Бена Джонсона на станозолол в 1986 году во время первых Игр Доброй воли в Москве, за два года до Сеульской Олимпиады. То гда он по небегучей дорожке в Лужниках показал в беге на 100 м невероятные 9,95! На допинг-контроль Бен шел улыбаясь и приветствуя зрителей, будучи уверен, 'что ничего найти невозможно. Это было верно для всех допинг-лабораторий мира, кроме нашей. В тот день, когда Бен Джонсон бежал 9,95, я работал в лаборатории. Поздней ночью с легкой атлетики привезли пять закодированных, то есть без имен проб: две были помечены как женские, три - мужские. А врач, принимавший у спортсменов пробы, похвастался автографом Бена. Его пробу я вычислил, как только посмотрел на список препаратов, которые задекларировали мужчины. Две пробы были со стандартным набором фармакологии: эссенциале, карнитин, панангин, инозин, которым тогда пичкали сборную СССР, то есть, это были наши ребята. Тогда третья проба, без всяких пометок, должна принадлежать Бену Джонсону. И именно в этой пробе хорошо были видны оба пика метаболитов станозолола. На следующий день анализ повторили - классический станозолол! Но тогда мир этого так и не узнал. Помимо Бена Джонсона, на первых Играх Доброй воли в Москве было 14 (четырнадцать) положительных проб, в том числе у звезд легкой атлетики из ГДР. Однако наши спортивные, и партийные руководители не решились "омрачать праздник", всё-таки это была первая - с 1976 года! - встреча атлетов СССР и США после взаимных бойкотов Олимпийских игр в Москве и в Лос-Анжелесе, Так что Бен Джонсон еще два года удивлял мир своими результатами, без проблем пройдя девятнадцать допинг-тестов, пока, бедняга, не попался в Сеуле. Кстати, аккредитацию корейской лаборатории перед Сеульской Олимпиадой проводили по заданию Медицинской комиссии МОК специалисты Московского антидопингового центра, и Бен Джонсон стал нашим подарком корейским специалистам, прославившимся в 1988 году на весь мир. Но это мы сильно забежали вперед. Вернемся назад, в тот роковой для советского спорта 1984 год, год бойкота Лос-Анжелесской олимпиады. Целое поколение спортсменов тогда просто сломали, не пустив на Олимпиаду. Потом это поколение сполна отплатило за это своей стране, создав организованные преступные группировки в первые годы перестройки. Казалось, при чем здесь станозолол? Но он тогда, в период теневой части своей истории, играл важную для всего мирового спорта роль. Станозолол не ловился, и его безнаказанно употребляла элита мирового спорта. Однако ситуация стала меняться в 1983 году, когда профессор Манфред Донике, директор кельнской лаборатории, создал новую методику для чувствительного обнаружения анаболиков и тестостерона, наводившую на всех ужас. Самый известный случай того года - это паническое бегство американских спортсменов из Каракаса, с Панамериканских игр, когда они узнали, что приезжает Донике со своими приборами проводить допинг-контроль. Методика работала просто убийственно: после проведения первого Чемпионата мира по легкой атлетике деятели ИААФ не решились объявить о большом количестве положительных проб. С учетом бойкота Московской Олимпиады обстановка стала непредсказуемой. Противостояние американских и советских спортсменов должно было разрешиться в Лос-Анжелесе, да еще спортсмены ГДР на своем оралтуринаболе, фирменном анаболике, вообще могли оставить позади и тех и других.

Среди этой паники самым интересным был тот факт, что станозолол эта методика не определяла! И знали об этом очень немногие, этот факт скрывался. Было объявлено, что Олимпийская лаборатория Лос-Анжелеса, возглавляемая Доном Кетлином оснащена по самому последнему слову техники и надежно определяет все запрещенные препараты, так что борьба будет честной. Напуганные предыдущими событиями, тренеры и врачи сборных команд, знавшие спорт изнутри, решили, что это прозрачный намек на то, что проблема определения станозолола наконец решена. Учитывая, что в то время в Москве станозолол продавался, употреблялся, но в московском лаборатории ВНИИФКа не определялся, можно было понять озабоченность наших деятелей, обязанных высоко нести знамя советского спорта. Одна положительная проба на Олимпиаде в Лос-Анжелесе - и всем потом будет очень и очень плохо. Хотя, по моим данным, в то время существовала не очень чувствительная методика определения станозолола в секретной лаборатории ГДР в г.Крайша -и больше, наверное, нигде, но немцы на контакт не шли. А профессору Хунделе из Праги еще оставался год на создание своей действительно уникальной методики.

Что-то надо было делать. Советские руководители многократно посещали олимпийские объекты Лос-Анжелеса. Особенно их заинтересовал порт, где можно было бы пристроить корабль, такую плавучую базу с лабораторией на борту. Планировалось, что к началу Игр наша лаборатория сможет определять станозолол. Но проблема состояла не только в одном станозололе: в связи с 11-часовой разницей во времени спортсмены для адаптации должны были приехать минимум за неделю до открытия Олимпиады, так что пройдя обязательное тестирование в Москве перед выездом, они снова начнут употреблять таблетки стромбы и метандростенолона, а также оралтуринабола. То есть в Лос-Анжелесе их надо опять проверить на корабельной лаборатории. Так вот, когда американские власти не дали "добро" на месячную стоянку нашего корабля - то советское руководство на следующий же день объявило о "неучастии" наших спортсменов.

Вообще я расспрашивал про станозолол и Дона Кетлина в Лос-Анжелесе, и Манфреда Донике в Кельне. Кетлин мне рассказал и про корабль, и про то, что станозолол в Лос-Анжелесе во время Олимпиады не определялся. А Донике, сильно удивил меня, сказав, что до 1983 года он вообще не рассматривал станозолол как анаболик, используемый в спорте, и в свою методику этот препарат не включил. У меня такое чувство, что станозолол на Западе и в США рассматривался как противовес оралтуринаболу, мягкому, но очень эффективному ГДР-овскому анаболику, лежавшему в основе допинговых программ немецких спортсменов. Оралтуринабол тек полноводной рекой в СССР и другие соцстраны, и тоже определялся крайне поверхностно. В то время не были известны долгоживушие метаболиты оралтуринабола, так что через несколько дней от таблеток не оставалось и следов. А вот остальные популярные анаболики - за исключением станозолола определялись методикой Донике весьма чувствительно, поэтому можно было представить, в каком положении оказались бы западные и американские спортсмены в Лос-Анжелесе, если бы их станозолол ловился!

То, что параллельно оралтуринабольной программе подготовки спортсменов в ГДР существовала аналогичная станозолольная программа в Америке, можно узнать из отчета правительственной комиссии Канады, которая расследовала дело Бена Джонсона. Если система подготовки высококлассных атлетов ГДР постоянно поминают как ужасную и бесчеловечную, то канадский отчет, страниц 400 текста, почему-то никто не вспоминает. А там столько интересного, хоть на русский язык переводи. Ключевая фигура, доктор Джеймс Астафан, кормивший станозололом Джонсона, Анжелу Йсаенко и многих других, прямо говорит, что он предлагал спортсменам оптимальным образом планировать употребление анаболиков таким образом, чтобы дозы были минимальные, а эффект достигался максимальный. И подчеркивает, что многие бегуны, приходившие к нему за консультацией, до этого ели анаболики горстями, а быстро не бежали. Только он вместе с тренером Чарльзом Френсисом делал их великими. Это была его работа, он получал деньги за свои знания и опыт - и больше ничего. А в употребление анаболиков его клиентов втянул сам спорт с его большими деньгами, приоритетами и системой ценностей. Тем не менее поминают одного Астафана, его имя сделали чуть ли не нарицательным.

Так что и с той, и с другой стороны океана во время подготовки к Олимпийским играм и отборочным соревнованиям попавшиеся на допинге спортсмены не дисквалифицировались, а просто предупреждались и прощались. Например, в 1988 году на предолимпийском отборе в Индианаполисе, где ныне покойная Флоренс Гриффит-Джоймер показала фантастические 10,49 в беге на 100 м (Френсис заметил, что она обогнала свое время на 49 лет), а полуфиналы в беге на 400 м у мужчин закрывали с результатом из 45 секунд, было 17 или 18 положительных проб, однако имена атлетов так и не были обнародованы. И тут и там копился опыт по выведению препаратов, вырабатывалось умение чередовать их приём и, наконец, выходить на пик формы к главному старту сезона - словом, постепенно складывалась система подготовки атлетов мирового класса. И надо отметить, что система ГДР была и более мягкой, и более человечной - достаточно вспомнить, как замечательно выглядели немки, спринтеры и прыгуньи, например, по сравнению с американскими коллегами с их просто невероятной мускулатурой.

В середине девяностых годов отмечался всплеск положительных проб на станозолол в результате применения так называемой масс-спектрометрии высокого разрешения, разработанной в той же кельнской лаборатории профессора Донике, Первой жертвой этой методики стали австралийские велосипедисты-трековики, участники чемпионата мира в Германии в 1993 г. Как и Бен Джонсон в Москве, они были уверены, что все давно у них вышло. Ан нет, попались и сам чемпион, и призер. В этом была некая справедливость, ведь Австралия по сей день является одним из мировых лидеров по подпольному производству стероидов, в том числе и станозолола. Правда, по правилам профессиональной федерации велоспорта трековикам за это полагалось лишь три месяца дисквалификации - против четырех лет по правилам любительской Федерации легкой атлетики (ИААФ).

На станозололе попадались многие наши атлеты, причём выдающиеся. Стоит только назвать имена бегуний на средние дистанции: олимпийская чемпионка в беге на 3000 м Татьяна Самоленко, чемпионка мира в беге на 800 м Лилия Нурутдинова, выдающиеся бегуньи на 1500 м и милю Наталья Артемова и Любовь Кремлева. Следует отметить, что в Сиднее в беге на 100 м с барьерами победила Ольга Шишигина (Казахстан), вернувшаяся после дисквалификации за употребление станозолола. Среди зарубежных станозололыциков вспоминается австралийский спринтер Дан Капобьяно. Уж его Федерация легкой атлетики Австралии оправдывала и отмазывала как могла - но справедливость восторжествовала, он получил свои четыре года дисквалификации.

На самом деле в Кельне при определении станозолола применяли не только масс-спектрометрию высокого разрешения, но и специальную смолу, селективно собиравшую метаболиты станозолола. Это позволяло не только концентрировать сами метаболиты, но и избавляться от фоновых компонентов, мешавших чувствительному обнаружению станозолола. В целом методика требовала колоссальных усилий и тщательности, и ни одна лаборатория так и не смогла воспроизвести ее в полном объеме. Тем не менее, нынешний прогресс в определении станозолола связан с детектированием долгоживущих метаболитов, не известных в 80-е годы.

Сегодня станозолол употребляется менее интенсивно. Тому есть ряд причин. Во-первых, он вместе с нандролоном, кленбутеролом, метандростенолоном и метилтестостероном входит в "большую пятерку" анаболиков, которые лаборатории обязаны определять с максимальней "чувствительностью", на уровне ниже одного нанограмма в миллилитре. Так что элита мирового спорта предпочитает синтетический гормон роста, который пока не определяется. Во-вторых, на черном рынке появилось очень много подделок, и под видом станозолола продают самые невероятные сочетания анаболиков. Многие из подделок содержат метилтестостерон, и есть большая опасность попасться на его долгожувуших метаболитах. И, наконец, появление в последние годы большого количества "прогормонов" и "суппементов" типа андростендиолов или -дионов, а также их норандростановых аналогов значительно потеснило "старые" анаболики, в том числе и станозолол, на мировом рынке стероидных гормонов.


Некоторые полезные эффекты стероидов. Конечно, препараты работают (стероиды), способствуя спортивной результативности, и в этом нет сомнения. В этой связи и можно говорить о полезных аспектах их (стероидов) применения. Конечно, лучше говорить не о пользе, потому что в итоге она сомнительна, а о том, как стероиды работают, увеличивая вашу атлетическую производительность. Итак, что пользователи стероидов отмечают субъективно, и что показывают объективные наблюдения в практике и в ходе опытов над препаратами:

1. Рост силовых показателей.
Это происходит потому, чтопрепараты, усиливая синтез белка в организме, увеличивают толщину миофибрильных элементов (актина и миозина), ответственных за мышечное сокращение. Безусловно, это достигается только при сопутствующем тяжелом тренинге и соответствующем белковом питании. Некоторая сила может быть приращена за счет увеличения тканевых рычагов в силу возрастания объема клеточной жидкости (саркоплазмы) и общей задержки воды. Эта сила временна, разумеется, особенно если атлет к соревнованиям сбрасывает воду, стремясь войти в весовую категорию. Некоторые авторы указывают на эффект уменьшения расщепления мышечного протеина как результата-тяжелого тренинга.

2. Увеличение объемов мышц.
Это явление вытекает из предыдущего. Рост миофибрилл и увеличение объема саркоплазмы являются главными факторами, ответственными за увеличение объемов мускулатуры. Разумеется, все эти изменения могут иметь место лишь при тяжелом тренинге и соответствующем питании. Еще одно возможное обстоятельство, которое приводит к росту объемов мускулатуры - эффект увеличения объема крови. Было показано, что в течение двух-трех недель после начала терапии анаболическими стероидами общий объем крови увеличивается на 10-20%.

3. Уменьшение болей, вызванных артритами и тендинитами.

Такое воздействие было и является клиническим показанием к использованию анаболических препаратов в медицинской практике. Это подтверждается многими атлетами, использовавшими препараты.

4. Уменьшение процента жира в организме.

Этот эффекта отмечен, хотя неясно, за счет каких механизмов это может происходить. Некоторые специалисты относят это явление на счет высвобождения повышенного количеств свободных жирных кислот и использования их в качестве источника энергии при напряженной мышечной работе.

5. Усиление респираторного (дыхательного) темпа и выносливости.
Имеются основания полагать, что при использовании анаболических препаратов увеличивается число митохондрий в мышечных клетках, за счет чего клетки получают повышенную способность утилизировать кислород в ходе тяжелого тренинга, таким образом увеличивая и выносливость в итоге. Возможно, более существенным является тот факт, что возрастает уровень кортизола (стрессового гормона), вырабатываемого надпочечниками. Некоторые авторы указывают также на возрастающий уровень гемоглобина в крови (главный кислородотракспортный фактор), что также увеличивает выносливость.

6. Увеличение венозности мускулатуры.
Предполагают, что некоторое повышение давления крови, сопровождающее применение стероидов, вызывает этот аффект расширения просвета кровеносных сосудов.

Это, разумеется, улучшает приток крови к работающим мышцам, что является благоприятствующим фактором. Психологически это ощущается как лучшее наполнение мышц, и именуется стероидной накачкой. Кроме явного косметического эффекта этой накачки, она способна увеличивать работоспособность мышц.

7. Сокращение времени востановленяя от травм или после тренинга.
Тот факт, что препараты способствуют синтезу протеина и замедлению экскреции азота, объясняет, почему наблюдаются улучшения восстановления от травм или операций, и особенно от трудного тренинга. Это, разумеется, повышает эффективность такого тренинга. Отмечается более эффективное заживление травмированных связок, мышц и костей, меньшей становится возможность надрывов мышц или их растяжения.

8. Увеличивается способное выполнять более интенсивный или более объемный тренинг.
Эта способность, как полагают, является результатом возрастающей способности организма к ресинтезу креатинфосфата (КФ). Без достаточного количества КФ мышцы очень быстро утомляются, становится непереносимой концентрация молочной кислоты. Отмечается также уменьшающаяся склонность к перетренированности, сопровождающейся повышенным распадом (катаболизмом) мышечных тканей.

9. Некоторые благоприятные психологические эффекты:
Общий психологический подъем, более сильное желание тренироваться и преуспевать, более агрессивный характер бойцовские качества, улучшающаяся умственная деятельность, умение лучше концентрироваться, возросшая толерантность к боли, уменьшающаяся способность мириться со слабой личной результативностью, возросшая способность к постановке и достижению целей. Эти эффекты многими считаются необходимыми для соревнующихся атлетов.

10. Другие сопутствующие приему стероидов явления:
повышающаяся способность накапливать мышечный гликоген (топливо для силовых тренировок), возрастающая способность воспринимать больше пищевого протеина, некоторое увеличение размеров сердца, улучшение времени реакции мышц, особенно при наступлении утомления. Отмечаются также улучшение мышечной памяти, делающей более легким возвращение к предыдущему более высокому уровню атлетической результативности, усиление иммунной системы (только на период приема препаратов).


Нандролон Анаболический стероид нандролон был синтезирован в 1950 году и представляет собой 19-нортестостерон. Приставка 19-нор - означает, что в молекуле тестостерона отсутствует метильная группа в 19-м положении. Все анаболические андрогенные стероиды по своей структуре являются производными тестостерона, мужского полового гормона. Но анаболики, в отличие от него, дают значительно больший анаболический эффект (наращивание мышечной массы) и меньший - вирилизующий (огрубение голоса и оволосение по мужскому типу у женщин).

Нандролон является классическим анаболиком. Как показали многие исследования, нандролон обладает самым продолжительным воздействием на клеточные рецепторы, ответственные за анабо-лические процессы. Это определило успех нандролона. В форме деканоата (эфира декановой кислоты) он выпускался в Венгрии под названием ретаболил, на Западе и США - под названием дека-дураболил. Одна ампула ретаболила содержит 50 мг препарата. Эффект после инъекции продолжается две недели. В клинической практике ретаболил применяется при лечении дистрофии, при восстановлении после травм, операций, инфарктов. У женщин поднимается уровень гемоглобина в крови, снижается потеря кальция из костной ткани. Артисты балета и цирка, звезды кино и театра - тоже время от времени проводят курсы инъекций. До сих пор противники современной концепции антидопинговой борьбы, проводимой Международным Олимпийским комитетом (МОК), приводят нандролон и спектр его положительного воздействия на больных в качестве аргумента за контролируемое применение этого высокоэффективного и относительно малотоксичного препарата. По их словам, нандролон просто оклеветали, а потом запретили, в результате чего спортсмены стали вынуждены употреблять другие анаболики, либо малоизученные, либо сомнительного происхождения. Как "сухой закон": запретили водку - стали пить всякую гадость.

В спорте нандролон вместе с тестостероном и метандростенолоном спокойно царствовал в 60-е и 70-е годы, пока в антидопинговых лабораториях не появились надежные и простые в управлении хромато-массс-пектрометры, приспособленные для серийных анализов. Стало возможным не только определять следовые количества запрещенного препарата по времени удерживания, но и достоверно подтверждать структуру его метаболитов на основании масс-спектра. Теперь после применения анаболических стероидов, особенно инъекционных форм, спортсмен мог попасться в течение месяца или даже более. Эта была революция. До этого использовался метод радиоиммунологии, который, как выяснилось позднее, давал как ложноотрицательные, так и ложноположительные результаты. Именно на иммунные методы полагались большинство специалистов в те годы. И вот в 1978 году, на чемпионате Европы в Праге сразу пять известнейших легкоатлетов из СССР и Болгарии попались на ретаболиле! Это был шок. Избежать скандала тогда удалось за счет казуистики - якобы пробы были плохо закрыты и не так хранились, - словом, эта какая-то провокация.

Этот случай заставил все лаборатории срочно закупать хромато-масс-спектрометры американской фирмы "Хьюлетт-Паккард". В СССР как раз успели закупить эти приборы до начала афганской войны, из-за которой на продажу такого высокотехнологичного оборудования Конгресс США сразу ввел строгий запрет. Приближалась Московская олимпиада 1980 года. В разгаре было политическое противостояние двух систем, и спортивные победы расценивались как доказательства преимуществ одной системы над другой. Боясь попасться на масляных инъекциях нандролона, спортсмены переключались на новые эффективные анаболики. Однако такого ощутимого эффекта, как при применении нандролона, достичь было трудно. Поэтому была основательно разработана схема предсезонной подготовки: с ноября по декабрь на инъекциях ретаболила, дальше на таблетках. Зимний сезон пропускался. Называлось это "готовиться дома к ответственным стартам". Профессор Манфред Донике (Кельн, Германия), в то время секретарь Подкомиссии по допингу и член Медицинской комиссии МОК, еще тогда выступал за проведение внезапных тестов в подготовительный период, но "железный занавес" в начале восьмидесятых был непроницаем, а ловить только своих было как-то не с руки.

После многолетних за крытых дискуссий ограничились принятием на сессии Медицинской комиссии МОК в Москве в 1987 году "Этического кода лаборатории", запрещавшего под угрозой потери аккредитации (это разрешение на проведения антидопингового контроля на международном и национальном уровне) проводить эксперименты по выведению анаболиков или принимать любые пробы со стороны с условием неразглашения результатов анализов. Как только это проверить или за этим уследить?

Короче, в восьмидесятые годы на нандролоне попадались преимущественно спортсмены из бедных стран или просто "чайники". Да и пробы на допинг отбирали у спортсменов только во время олимпийских игр, национальных чемпионатов или крупнейших соревнований. Хотя почти все высокопоставленные функционеры ИААФ и МОК понимали, что отрицательный результат анализа после соревнований свидетельствует только о том, что спортсмены заблаговременно прекратили прием запрещенных допинговых препаратов. Но на фоне успеха первого чемпионата мира по легкой атлетике в Хельсинки в 1983 году, появления богатых спонсоров и дальнейшей коммерциализации мирового спорта открыто признавать существование такой проблемы никому не хотелось. Более того, в критический момент делалось все, чтобы скрыть истину и приукрасить действительность. Истину мы не знаем до сих пор: по косвенным данным, во время чемпионата в Хельсинки было 38 положительных проб, причем 17 из них принадлежали кому?.. - нет, не угадали, - легкоатлетам США. Звездопад мог быть неописуемым, но ныне покойный Примо Небиоло, президент ИААФ, положивший много сил на организацию первого в истории мирового чемпионата, - торжественно и спокойно объявил, что положительных проб нет. Из жертв нандролона восьмидесятых годов я бы отметил двоих. На Олимпиаде в Лос-Анджелесе в 1984 году попался Марти Вайнио, чемпион Европы-78 в беге на 10 000 м (27.30,99!). Вайнио, любимец Финляндии, был вторым в беге на 10 000 м, вышел на старт бега на 5000 м, уже разминался и его сняли прямо перед выстрелом стартера: нандролон! Было проведено официальное расследование. Оказалось, что вероятнее всего нандролон попал в результате переливания собственной крови (аутогемотрансфузии, запрещенной, но никак не определяемой процедуры) за несколько дней перед стартом. А кровь у него была взята в тренировочной период, когда Вайнио "сидел" на нандролоне... Более того, стало известно, что за несколько месяцев до Лос-Анджелеса организаторы Роттердамского марафона просто скрыли факт его положительной пробы, тот же нандролон. Заметим, что после этого расследования, видимо, были приняты какие-то меры - и финских бегунов на длинные дистанции с той поры мы уже не видим. Сам Вайнио, правда, вернулся после 18-месячной дисквалификации, бегал снова и уже ветераном установил мировые рекорды для сорокалетних: 8.05,08 в беге на 3000 м и 28.30,88 на 10 000 м - не побитые по сей день. Титан!

И еще один титан пал жертвой нандролона в 80-е годы - это Батч Рейнольдс, автор феноменального рекорда в беге на 400 м - 43.29, превышенного только Майклом Джонсоном на последнем чемпионате мира в Севилье в 1999 году. У Рейнольдса в пробе был четкий нандролон - но во время контрольного анализа в лаборатории Парижа в присутствии американского эксперта из олимпийской лаборатории Лос-Анджелеса был нарушен протокол Образцовой лабораторной практики. Результат подтвердили, но не провели детального сравнения с другой, заведомо положительной, пробой, называемой "лабораторный контроль", - из-за боязни перекрестного загрязнения. На основания рапорта своего эксперта американская федерация посчитала результаты повторного анализа недостаточными и оправдала Рейнольдса, однако медицинская комиссии ИААФ, изучив результаты, дисквалифицировала его на два года. Рейнольдс все эти два года судился с ИААФ, затем пытался вернуться в большой спорт - но и то, и другое оказалось безуспешным. Своим чередом шли научные исследования - оказалось, что метаболиты нандролона могут быть обнаружены у женщин при приеме некоторых контрацептивов, а также в начальный период беременности. Все спортсменки сразу стали декларировать прием контрацептивов при заполнении документов во время сдачи анализов на допинг. Но потом исследования показали, что соотношения (относительные количества) метаболитов другие, и все встало на свои места. Конец восьмидесятых и начало девяностых годов принесли много изменений. Рухнул блок соцстран, "железный занавес" исчез. Вопрос о проведении тестирования на анаболические стероиды в подготовительный период был поставлен ребром. Было решено начать со штангистов, так как превосходство спортсменов из СССР и Болгарии раздражало весь остальной мир. А после скандала с Беном Джонсоном в 1988 году в Сеуле ряд крупнейших международных федераций, в том числе ИААФ, объявили о программе внесоревновательного контроля на допинг. И в 1989 году начались внезапные проверки в подготовительный период. Чемпион Сеульской олимпиады в беге на 5000 м Джон Нгуги (Кения), оставивший вторым в том забеге Дитера Бауманна, - убежал куда-то в горы, когда инспекция с проверкой приехала к нему в тренировочный лагерь. И получил дисквалификацию - этот "побег" ему перезачли как отказ от сдачи пробы, что равносильно положительному результату. Сборная Австрии, спринтеры, всей эстафетной командой попались на станозололе. Тем временем главный "станозо-лолыцик", канадец Бен Джонсон, слезно каялся и давал показания специальной правительственной комиссии. Президент МОК Хуан-Антонио Самаранч объявил, что допингу нанесен решительный удар, и скоро эта проблема будет окончательно решена.

Итак, в конце 80-х ситуация радикально изменилась. Эпоха масляных инъекций отошла в прошлое. Ретаболил в СССР, например, ушел из спорта высших достижений, оставшись в любимцах лишь у "качков", бандитов и заводчиков крупных и сильных собак. В Америке ему остались верны так называемые recreational athletes - большая прослойка спортсменов, кто для себя интенсивно занимается спортом, но спорт не является источником их дохода. Однако в последние годы нандролон появился в новых формах - в виде так называемых "прогормонов" - их считают в США "пищевыми добавками" и продают без рецепта, вариаций их просто несть числа, а рост объема продаж в 1999 году по сравнению с 1998 годом составил по различным оценкам от 500 до 1000 процентов. И эта вторая волна нандролона захлестнула в свой водоворот многих.

Посыпались звезды первой величины. Взять Дитера Бауманна, лучшего европейского бегуна на 5000 м последнего десятилетия. Олимпийский чемпион Барселоны и призер Сеула, многократный чемпион Европы, рекордсмен Европы - 12.54.70. Бауманн стартовал редко, тщательно готовясь к важнейшим соревнованиям. Тоже был любимцем всей Германии. Выступал против допинга. И вдруг такой скандал - две подряд положительные пробы, в октябре и ноябре 1999 года, - причем концентрация основного метаболита была 20 нг/мл. Это в десять раз превышает нижний допустимый предел концентрации, так что ошибка полностью исключена. Бауманн пытался оправдаться: якобы кто-то проник к нему в дом и ввел нандролон в тюбик с зубной пастой. Действительно, сотрудники кельнской лаборатории для эксперимента почистили зубы этой пастой - конечно, нашли потом в моче метаболиты нандролона. Жаль, что сначала никто не попробовал тихо прокрасться к Бауманну в дом - этот эксперимент точно бы не удался. Позиция ИААФ однозначна: все ссылки спортсменов на то, что ему или ей подсыпали, подбросили или подлили, считаются несостоятельными. Обе повторные (контрольные) пробы Бауманна подтверждаются в двух разных лабораториях - и его дисквалифицируют на два года.

Тут надо отметить, что совсем по-другому поступил Линфорд Кристи, еще один чемпион Барселонской олимпиады, составивший нандролонную компанию Бауманну в 1999 году Он объявил, что не будет оправдываться. Оправдаться было бы крайне трудно: нандролон у него был обнаружен не где-то там в Париже, а во все той же Кельнской лаборатории, и концентрация метаболитов составляла почти 200 нг в миллилитре (!). Так часто зубы не чистят. И вообще, когда Кристи, по своему обыкновению, после очередного победного финиша освобождался по пояс из своего комбинезона и демонстрировал фантастическую по красоте мускулатуру - то мне все было ясно: такого быть не может! Этого нельзя будет оправдать. Так оно в итоге и оказалось. Чувствительность современных методов допингконтроля с использованием хромато-масс-спектрометров высокого разрешения находится на уровне сотых долей нанограмма. Эта невероятная глубина анализа в прямом и переносном смысле. Последние исследования популяций здоровых мужчин и женщин показали, что иногда можно обнаружить следы нандролона на уровне 0,25-0,60 нг/мл. При беременности уровень возрастает - значит, у женщин все-таки происходит его образование естественным путем. Как такое может получаться - нет объяснения. Поэтому во избежание ошибки и наказания невиновных нижний предел обнаружения при положительном (в смысле применения допинга) результате анализа был установлен на уровне концентрации 2 нг/мл у мужчин и 5 нг/мл у женщин, а что ниже этого уровня - не считается положительным результатом. Этим сразу воспользовалась федерация легкой атлетики Великобритании - и чемпион Ев-ропы-98 в беге на 200 м Дуг Уокер, кумир шотландской молодежи, у которого были найдены следовые количества на уровне нижнего предела концентрации, - был оправдан. Пока еще его мускулатуре действительно далеко до уровня Кристи.

И, наконец, Мерлин Отти, красавица и ветеран легкой атлетики - она была призером в беге на 200 м еще во время Московской олимпиады в 1980 году - в июле была отстранена от соревнований после положительной пробы на нандролон. Однако национальная федерация легкой атлетики Ямайки не решилась ее дисквалифицировать, и в ноября Отти была признана невиновной. Она тут же объявила, что будет готовиться к зимнему сезону-2000. В Германии, в Карлсруэ, ее к старту не допустили, а в Испании, в Валенсии, она с блеском выиграла бег на 60 м - 7,14 с. ИААФ выразила свой протест федерациям легкой атлетики Испании и Ямайки - такого афронта в Европе никто не ожидал. Продолжение, видимо, следует.


Метандростенолон Метандростенолон (метандиенон) - весьма старый, однако и по сей день один из самых употребляемых анаболических стероидов. Он был разработан в середине 50-х годов в США доктором Джоном Циглером и с 1958 года производился в виде 5-миллиграммовых таблеток под торговой маркой Дианабол. Хотя производство "родного" Дианабола было прекращено в 1972 году, в Америке это название используется по сей день, поскольку слово метандростенолон неудобопроизносимо, а мексиканские подпольные производители анаболических стероидов продолжают синтез и продажу этого препарата под тем же самым полюбившимся названием. В этом названии было использовано греческое слово "анаболе", означающее "подъем", от которого потом образовались термины "анаболические стероиды" и "анаболики", применяемые сегодня в качестве группового названия для синтетических стероидных препаратов.

Без сомнения, стремительный прогресс ("подъем"...) в скоростно-силовых видах, начавшийся в 60-е годы и так поразивший весь мир фантастическими результатами на Олимпиаде в Мехико в 1968 году, не может быть объяснен лишь тартаном и идеальными условиями высокогорья. За прогрессом стояли систематические инъекции тестостерона и упаковки таблеток метандростенолона. "Дианабол - завтрак для чемпионов" - ни один анаболик не рекламировался так широко и откровенно. Вообще в количественном отношении метандростенолон - безоговорочный допинговый лидер XX века, если можно было бы посчитать число таблеток, употребленных спортсменами за сорок с лишним лет.

В 60-е годы метандростенолон пошел по Европе - сначала западногерманский, самый престижный и считавшийся "чистым", производства фирмы "Байер", а затем и венгерский, фирмы "Гедеон Рихтер", называвшийся Неробол и широко поставлявшийся в страны социалистического блока. В СССР в те годы тоже не отставали, и на заводе "Акрихин" начали выпуск своего препарата, так прямо и называвшегося - Метандростенолон. Следует отметить, что в ГДР производились масляные инъекции под названием Нероболил, содержавшие 19-нортестостерон (нандролон), что вызывало путаницу. Некоторое время метандростенолон выпускался в инъекциях для ветеринарной практики. Точно известно, что сразу после Олимпиады в Мехико советским спортсменам, членам сборной, стали выдавать Неробол, венгерский метандростенолон. Его каким-то образом закупали нерасфасованным, в больших банках по 500 таблеток, и раздавали в пакетиках из расчета по две таблетки в день. Кто-то отказывался, а кто-то, наоборот, употреблял за себя и за того парня, который отказывался. Эффект был очевиден, особенно в спринте, прыжках и метаниях. Быстро и неограниченно рос спрос на отечественный метандростенолон, а по-простому "метан", "меташку" или, в шутку, "стенолом" - так как в те годы допингом считались только стимуляторы, на слуху были эфедрин и амфетамин, от которого где-то на Западе прямо в седле скончался какой-то профессиональный велогонщик, о чем советские газеты тех времен регулярно вспоминали, отмечая, что у нас такого нет и быть не может.

Вообще, я знал многих спортсменов, обычных ребят, которые, попав на свои первые сборы, получали таблетки метандростенолона вместе с витаминами - и начинали прием, будучи уверены, что это тоже какой-то витамин. При этом их тренеры были противниками "химии" и строго запрещали "колоться", то есть делать инъекции, однако в употреблении отечественных таблеток ничего предосудительного не находили.

Производство метандростенолона в СССР было настолько интенсивным, что он использовался как своего рода валютный эквивалент. В "застойные" годы его вывозили всеми возможными путями за рубеж как наши известные, так и оставшиеся неизвестными спортсмены, причем в таких объемах, что в Скандинавии, например, можно было купить "рашн файв", как называли наши таблетки по 5 мг, во многих спортивных залах и на стадионах. Западные спортсмены тоже не терялись - они создавали просто ажиотажный спрос, приезжая, скажем, в 1979 году на Спартакиаду народов СССР и меняя адидасовские кроссовки и костюмы, предел мечтаний большинства наших спортсменов, на несколько упаковок отечественного метана или тестостерона. Для молодых людей уточню, что в те годы хороший спортивный костюм или джинсы стоили 200 рублей, это была зарплата врача или инженера. А упаковка метандростенолона, сто таблеток, стоила 2 рубля 2 копейки. Излишки метана шли в такие удивительные отрасли, как выращивание пушных зверей в клетках - мех норки и ондатры получался исключительного качества. Недаром метандростенолон является очень эффективным средством от облысения.

Основной пик применения метандростенолона спортсменами высокого класса пришелся на 60-е, 70-е и начало 80-х годов, когда вся система антидопингового контроля только развивалась. В мае 19б7 года на 66-й сессии МОК в Тегеране председателем Медицинской комиссии был избран Принц Александр де Ме-род (Бельгия). Он немедленно поставил вопрос о проведении лабораторных анализов на зимней и летней Олимпиаде в 19б8 году. За год была решена проблема определения стимуляторов: амфетамина, эфедрина, кофеина, стрихнина и ряда других. Однако определять метандростенолон и нандролон стали только в 1976 году, впервые на Олимпиаде в Монреале. Лабораторий в начале 80-х было очень мало: Монреаль, Кельн, Москва, Мадрид - и поэтому допингконтроль проводился лишь на крупнейших соревнованиях, был предсказуемым и очень выборочным. Пробы отбирали только после финалов и по незамысловатой схеме - первый, затем второй или третий, плюс еще кто-то из восьмерки сильнейших. Достаточно было прекратить прием таблеток за 7-10 дней - и можно было спать спокойно. Так что в легкой атлетике известных случаев или скандалов, связанных с употреблением метандростенолона, за исключением случая Людмилы Наро-жиленко (Энквист), о чем будет рассказано ниже, было очень мало. На прилете, в гостиницах или во время тренировки, то есть задолго до стартов, - в те годы никого не тревожили. Потому что в те времена, когда во всем, будь то наука, искусство или спорт, видели противостояние двух политических систем, подобные выпады, называемые теперь "внезапными проверками" или "внесоревновательным контролем", были бы однозначно расценены как политические провокации.

Так и случилось на соревнованиях в Париже в 1984 году, когда легенду отечественной легкой атлетики Татьяну Казанкину, трехкратную олимпийскую чемпионку в беге на 800 и 1500 м, выигравшую забег на 5000 м, неожиданно пригласили сдать пробу на допинг. Это было после той самой Олимпиады в Лос-Анджелесе с нашим "неучастием", организованным партийным руководством в отместку за бойкот Московской олимпиады 1980 года. По официальной версии, руководитель советской делегации запретил Казанкиной сдавать пробу на допинг. Если бы она ослушалась руководителя - то стала бы невыездной на те же пару лет. Сдавать пробу Казанкина не пошла, и ИААФ ее дисквалифицировала, засчитав отказ как положительный результат на допинг. Этот случай основательно укрепил опасения советских спортивных руководителей: в том же году поздней осенью неожиданно и без объяснений был отменен выезд наших бегуний, абсолютных лидеров и рекордсменок мира, в США, в Сан-Диего, на первый чемпионат мира в беге на 10 км по шоссе. После этого практически все спортсмены, выезжающие за рубеж, стали подвергаться предварительному, "выездному", антидопинговому контролю. Если проба давала положительный результат, то такого спортсмена "снимали" с поездки, ссылаясь на травму, сессию в институте или болезнь отца. И все было тихо и спокойно.

Спокойствие продолжалось до конца 80-х годов, пока не был введен внесоревновательный контроль. Тогда же, на рубеже 90-х годов, в лабораториях Кельна и Монреаля были открыты долгоживущие метаболиты метандростенолона, и, благодаря применению масс-спектрометрии высокого разрешения, был нанесен основательный удар по приверженцам метандростенолона. Особенно сильно досталось штангистам (штангу как наиболее анаболоемкий вид спорта вообще хотели исключить из программы Олимпийских игр). Из наших легкоатлетов попался талантливый метатель диска Дмитрий Шевченко - на чемпионате мира в 1993 году в Штутгарте. Четыре года дисквалификации.

Метандростенолон относится к большому классу анаболиков, имеющих метильную группу в 17-альфа положении. Если в молекулу тестостерона ввести такую группу, то получается метилтестостерон, достаточно известный, но малоэффективный анаболик, основной наполнитель для всевозможных подделок, которыми заполнен теневой рынок анаболических стероидов. Добавив еще одну двойную связь, то есть убрав два атома водорода, получим молекулу метандростенолона, предмет нашей статьи. Метилтестостерон и метандростенолон имеют ряд общих метаболитов. И, наконец, добавив атом хлора в положение 4, получаем оралтуринабол, широко распространенный в 80-е годы ГДР-овский анаболик.

Если модифицировать молекулу тестостерона в другой последовательности - сначала ввести двойную связь, а потом метильную группу - то промежуточным соединением будет болденон, весьма эффективный анаболик, известный под торговой маркой Анаболикум Вистер. Он выпускался в виде капсул с масляным содержимым, по 10 мг болденона в каждой. В СССР он попадал из Италии, стоил очень дорого и считался элитным. На болденоне, например, попался Ромас Убартас, олимпийский чемпион Барселоны в метании диска. А в последнее время появился прогормон (другими словами, предшественник) болденона - андростадиендион, с которым вся борьба еще впереди. Болденон не так-то прост для определения, поскольку образует ряд метаболитов, близких по своей структуре к естественным, природным, стероидам. И есть опасность принять эти природные стероиды за метаболиты болденона, то есть дать ложноположительный результат, за что антидопинговые лаборатории строго наказываются. Именно на такой ошибке в определении болденона была лишена аккредитации ГДР-овская лаборатория в городе Крайша, с которой профессор Манфред Донике, директор кельнской лаборатории, больше года не мог справиться после объединения Германии. Никто не любит конкурентов, и в тех странах, где было по две антидопинговые лаборатории (Германия, США и Канада), между ними всегда шла жестокая борьба. Олимпийская лаборатория в Калгари, столице зимних Олимпийских игр 1988 года, прокололась на оралтуринаболе - ив Канаде осталась одна Монреальская лаборатория. Исключение составляет только Испания.

Однако вернемся к метандростенолону. Великая русская барьеристка Людмила Нарожиленко сейчас живет в Швеции и носит фамилию Энквист. Под этой фамилией она принесла Швеции золотую медаль в барьерном беге на 100 м в Атланте. Потом у нее определили рак груди, и вся Швеция следила за процессом лечения и за ее возвращением в большой спорт. И вот на чемпионате мира в 1999 году Людмила становится бронзовым призером, проиграв лишь неувядающей Гейл Диверс. Их слезы и круг почета стали одним из самых запоминающихся моментов последнего мирового чемпионата. После этого Людмила ушла из легкой атлетики, и сейчас готовится в двойке выступать в бобслее на зимней Олимпиаде-2 00 2.

Этим весьма необычным событиям предшествовал допинговый скандал, самый значительный и, пожалуй, единственный, где в качестве допингового препарата фигурировал метандростенолон. В 1994 году в серии зимних стартов Людмила превысила мировые рекорды в беге на 60 м с/б. Естественно, чтобы мировой рекорд был утвержден и чтобы получить причитающийся за него денежный приз, надо обязательно пройти допинговый контроль. Причем на одном из стартов Людмила повторила мировой рекорд и сама попросила взять у нее пробу, чтобы получить призовые за повторение мирового рекорда. В итоге в двух ее пробах находят метандростенолон, да еще Парижская лаборатория, та самая, что в свое время не смогла нормально подтвердить нандролон у Рейнольдса, рапортует - метилтестостерон. Конечно, это была ошибка, на самом деле это был тот же метан, у этих препаратов есть общие метаболиты.

Итак, спортсменка, употребляющая метандростенолон, знает точно, что у нее возьмут пробу на допинг - и не пытается сбежать или исчезнуть. Более того, сама идет сдавать пробу. Так не бывает. Единственное этому объяснение - она сама не знает, что каким-то образом постоянно употребляет анаболики. Кто-то подсыпает, что ли... На этом были построены первоначальные оправдания, и бывший муж Людмилы берет вину на себя - якобы он из ревности к ее менеджеру Йохану Энк-висту подсыпал ей в белковый препарат истолченные в порошок таблетки метандростенолона. Это был не самый лучший ход. ВФЛА Людмилу дисквалифицирует.

Людмила Нарожиленко и Йохан Энквист опротестовывают в суде решение ВФЛА о дисквалификации. На суде Йохан хорошо изложил, что Людмила - профессиональный атлет, и решение о ее дисквалификации лишает ее основной работы и средств к существованию. По российским законам лишить работы можно только за совершение уголовного преступления или в судебном порядке. В этом случае не было ни суда, ни преступления. Я, как независимый эксперт, сказал, что по статистике элитные спортсмены попадаются в основном на станозололе или тестостероне, а употребление метана перед стартом только принесет вред, поскольку анаболики делают мышцы жесткими и нарушается координация движения, так необходимая в таком виде, как барьерный бег. В общем, суд - первый в отечественной истории - был выигран. Но отношения с федерацией были испорчены, и Нарожиленко становится Энквист и уезжает в Швецию.




Фитнес и бодибилдинг ©2011-2018г. Все права защищены.Копирование материалов разрешено при условии установки активной ссылки на "http://fitbild.ru". Интеллектуальная собственность юридически защищена
Администрация сайта благодарит Вас за посещение нашего сайта.

Яндекс.Метрика